Секретные фарватеры Аристея

Ярким событием юбилейного для Шадринска года стало возобновление судоходства на реке Исеть. Мало кто верил в эту затею изначально. Мало кто не испытал удивительного чувства скольжения по водной глади теперь. И лишь единицы знают о том, какую роль в этом событии сыграл слесарь подвижного состава цеха модернизации тепловозов АО «ШААЗ» Алексей Симаков.

Геометрия бытия

Эзотерики утверждают, что в жизни все устроено по спирали. В пятидесятых годах речные пароходики, баржи и катерки сновали по Исети во всех возможных направлениях. Одним таким судном управлял выпускник Омского командного речного училища, капитан Анатолий Матвеевич Симаков. На новом витке жизненной спирали штурвал в своих руках держит его внук Алексей. Благодаря деду Алексей не только хорошо изучил берега реки и основы судоходного дела, но и научился ценить природу во всех ее проявлениях.

– С малолетства дедушка сажал меня с собой на мотоцикл и увозил подальше от городской суеты, – вспоминает Алексей Симаков. – Так я пристрастился к охоте и рыбалке. Позднее я сам пришел в туристический клуб, где произошли две знаменательные для меня встречи. Здесь я познакомился со своей супругой Машей и с руководителем клуба Валерием Мурзиным. Однажды в походе, сидя у костра, он поделился со мной своей мечтой о возобновлении судоходства на Исети, а я рассказал о своем детстве и водных подвигах деда. Со времени того разговора прошло 15 лет. Когда на горизонте забрезжила возможность организации речных круизов, Валерий позвонил мне и мы вместе стали делать все, чтобы эта мечта стала реальностью. Общие усилия не пропали даром. Уже в конце весны этого года Шадринск услышал новое для него имя – «Аристей».

Древнегреческий герой на Исети

«Аристей» – тримаран. Он «родился» на самолетно-строительном заводе, возможно поэтому ему приписывают внешнее сходство с аэропланом. Первым домом тримарана были воды озера Тургояк. После того, как Тургояк приобрел статус памятника природы, было запрещено использовать на нем любые моторные суда. Тогда-то «Аристей» в разобранном виде и переехал в Шадринск. Чтобы собрать его и привести в порядок после тяжелой дороги ушел месяц напряженной работы. Ежедневно, отработав смену на заводе, Алексей спешил на берег. Многое нужно было «перекроить» под возможности маловодной шадринской реки. Так, для большего облегчения судна пришлось пожертвовать мачтами, некоторым вспомогательным оборудованием и даже капитанской рубкой. Алексей шутит, что теперь она напоминает хижину старика Сэма: прочный и довольно весомый каркас был заменен на брезентовый козырек, едва способный защитить от дождя и палящего летнего солнца.

И вот «Аристей» спущен на воду. Разбить о его борт традиционную бутылку шампанского экипажу удалось лишь с третьего раза – не спроста же он три-маран. Последующие две недели все усилия команды были посвящены поиску нужного фарватера. Бывало, что судно садилось на мель. Выручали навыки Алексея, полученные в туристическом клубе – управляться с веревками и лебедками он умеет. Особое значение с первых дней придавалось безопасности судна для людей. Не раз во время отработки маршрута Алексей проверял свой экипаж: без предупреждения прыгал в воду и сам же кричал: «Человек за бортом!». Так речные матросы отрабатывали форс-мажорные ситуации.

Творец истории

На первом пассажирском рейсе присутствовали все самые родные и близкие членов экипажа. Анатолий Матвеевич, дедушка Алексея, был в числе приглашенных. В свои 90 с лишним лет он обладает ясной памятью и может рассказать немало фактов из истории реки и даже поспорить с опытным экскурсоводом-краеведом. Например, о том, что Земснаряд – это не котлован за ШААЗом, как принято считать сегодня, а небольшое местечко неподалеку от городского пляжа. Анатолий Матвеевич знает, потому что сам его разрабатывал. В тридцатые годы в том месте был небольшой канал шириной всего метр, его вручную копали каторжане. В пятидесятых он раскопал его земснарядом на ширину 10 метров и глубину два метра. Это открыло путь по Исети для многих речных судов. Впоследствии именно по этому маршруту на Шадринский автоагрегатный завод шли баржи, груженые станками и новым оборудованием.

По стопам деда

К слову, Алексей повторил не только речную карьеру деда, но и карьеру заводчанина. Симаков старший пришел в литейный цех ШААЗа сразу после армии и проработал там несколько лет. Больше – не позволило здоровье. Врачи предписали Анатолию Матвеевичу труд на свежем воздухе. Им и оказалось судовождение. Однако новая работа была ничуть не легче.

– Первый месяц лета, когда шел ремонт и после, когда начались первые рейсы, я просто жил на тримаране, – вспоминает Алексей. – Каждый день был для меня Днем Сурка: с утра – смена на заводе, вечером – три рейса по Исети, короткий сон, снова смена на заводе, снова рейсы… Выходные я целиком проводил на реке. Морская болезнь у меня начиналась не на воде, а после, на суше – все плыло перед глазами. Через месяц я пришел к деду с единственным вопросом: как справлялся он? Навигация на Исети в те времена открывалась в начале апреля и до начала ноября, когда устанавливался лед, дед даже не сходил на берег... Он лишь загадочно улыбнулся и пожал плечами. Люди старой закалки, вот с кого нужно брать пример!

   Волею судьбы не так давно Алексей и Мария приобрели дом в том самом месте, где раньше была пристань, на которой работал дед. Любимое дело теперь приносит Алексею намного больше удовольствия: организаторы речных круизов нашли еще одного судоводителя, поэтому заводскому капитану удается сэкономить время на семью. Силы придает и осознание того, что все было не зря и шадринцам такой вид отдыха действительно необходим – количество желающих прокатиться и насладиться удивительными речными пейзажами не убывает. Воспользоваться появившейся возможностью спешат и гости из других городов. Некоторые приезжают специально.

– Каждый мальчишка в детстве мечтал стать капитаном, но не всем мечтам суждено сбыться, – говорит Алексей. – Мне повезло: я был капитаном тогда, остаюсь им сейчас. Только если раньше плавательным средством были колесные шины, доски, максимум – старая деревянная лодка, то теперь это «Аристей», каждая деталь которого побывала в моих руках, прежде чем в сборке все они спустились на воду.

Ирина Булыгина,

фото Ларисы Патракеевой и из семейного архива Симаковых

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *