Фальшь отношений, или психология страуса

Медицинская сфера затрагивает интересы всех граждан. За последние десятилетия отрасль пережила техническое переоснащение, введены в строй новые специализированные клиники, прошла модернизация и оптимизация всего и всех, врачи научились зарабатывать деньги, а пациенты перестали шарахаться от частных клиник и свыклись с понятием «страховая медицина». Только качество медицинских услуг не улучшилось, количество медицинских ошибок не уменьшилось, а престижа профессии медицинского работника не добавилось.
Можно с утра до вечера по всем каналам крутить сериалы про чудесных, профессиональных, веселых, остроумных героев‑врачей. Можно оснастить здравоохранение еще более совершенным оборудованием, но проблема как была проблемой, так ею и останется. А именно — существующая система медицинской помощи себя исчерпала.

«Пациент скорее мертв, чем жив»
Артемон подхватил передними лапами падающего Буратино и отнес его в дом… Положив Буратино на кровать, собачьим галопом помчался в лесную заросль и тотчас привел оттуда знаменитого доктора Сову, фельдшерицу Жабу и народного знахаря Богомола, похожего на сухой сучок.
Сова приложила ухо к груди Буратино.
— Пациент скорее мертв, чем жив, — прошептала она и отвернула голову назад на сто восемьдесят градусов.
Жаба долго мяла влажной лапой Буратино. Раздумывая, глядела выпученными глазами сразу в разные стороны. Прошлепала большим ртом:
— Пациент скорее жив, чем мертв…
Народный лекарь Богомол сухими, как травинки, руками начал дотрагиваться до Буратино.
— Одно из двух, — прошелестел он, — или пациент жив, или он умер. Если он жив — он останется жив или он не останется жив. Если он мертв — его можно оживить или нельзя оживить.
— Шшшарлатанство, — сказала Сова, взмахнула мягкими крыльями и улетела на темный чердак.
У Жабы от злости вздулись все бородавки.
— Какакокое отвррратительное невежество! — квакнула она и, шлепая животом, запрыгала в сырой подвал.
Лекарь Богомол на всякий случай притворился высохшим сучком и вывалился за окошко.
Девочка всплеснула хорошенькими руками:
— Ну, как же мне его лечить, граждане?
— Касторкой, — квакнула Жаба из подполья.
— Касторкой! — презрительно захохотала Сова на чердаке.
— Или касторкой, или не касторкой, — проскрежетал за окном Богомол.
Тогда ободранный, в синяках, несчастный Буратино простонал:
— Не нужно касторки, я очень хорошо себя чувствую!

А. Н. Толстой. «Золотой ключик,
или Приключения Буратино».

Сегодняшняя медицина — тот самый Буратино, которого успели помять в своих руках все, кому не лень. И не придумав ничего лучшего, предложили самостоятельно излечиться касторкой. Система здравоохранения, при которой способ лечения больного выбирает не врач, принимавший клятву Гиппократа, а финансист, исходящий из целесообразности и оптимизации процесса, система, при которой жизнь человека измеряется койко-местом и стандартным человеко-часом. Система, при которой врач бьется не за жизнь пациента, а за деньги, которые он получит по нормативу и исходя из этого, а не из жизненных показаний, отказывающий человеку в консультации у специалиста другого региона: «вы уедите туда, а мы деньги из-за вас потеряем». Система, при которой пожилой пациент невыгоден медицинскому учреждению по всем статьям и прежде всего из-за перспективы испортить показатели смертности в больнице, а значит испортить статистику и получить штрафные санкции. Такая система не просто мертва, она разлагается и смердит.
Даешь оптимизацию!
Оптимизируется сфера, которая по своей сути не должна ей подвергаться. Оптимизация, задуманная как средство реформирования, свела к положению «спасайся, кто может, и спасайтесь, кто как сможет». Оптимизация по реформе предполагала использование различных ресурсов более эффективно, а была сведена к банальному закрытию, сокращению лечебных учреждений и сокращению штатов медработников.
Врачи вынуждены брать дополнительную работу, чтобы нормально жить, работать за себя и за недостающего коллегу — страховая медицина диктует свои правила игры. А теперь ответьте на простой вопрос: как может работать врач, исполняя свои главные обязанности, если вынужден «пахать» под двойной, а то и тройной нагрузкой? Можно ли говорить о качестве медицинских услуг? Об уменьшении врачебных ошибок? Когда часть врачей, которые смогли, ушли в платные медицинские учреждения, уехали в богатые регионы, а те, кто остались — задерганы и измотаны даже не исполнением своих прямых обязанностей, а тоннами бумаг, постоянными нововведениями и отчетами, выяснениями отношений, негативом со стороны пациентов, плановыми и неплановыми проверками.
Оптимизация и реформирование проходит под таким соусом, что качественные медицинские услуги невозможны: закрываются фельдшерско–акушерские пункты, медицинские услуги переносятся в региональные центры, куда больные могут просто и не успеть добраться. О профилактике заболеваний и вовсе в этой кутерьме забыли, вы скажете — диспансеризация и приведете положительную динамику выявленных заболеваний. Напомните о том, что население само не желает воспользоваться этим благом. Увы, и у этого блага есть второе дно — главное в ней не выявление заболеваний, а статистика: сколько человек в определенные сроки посетит поликлинику. И от этого количества будет зависит ее дальнейшее финансирование и, даже, оценка работы местной власти. Это — система, и пациент в ней не ключевое звено, впрочем, как и врач.
Дело врачей
Читаю комментарии в социальных сетях, пытаюсь разобраться в нормативной базе оценки медицинских услуг и чувствую мороз по коже. Исходя из того, что пациент скорее мертв, чем жив — это какие-то пляски на костях, и даже не эксгумация тела с целью установления истинных причин смерти. Одних подталкивают к нападению и шабашу, других к глухой обороне. Эмоции бьют через край и у медработников, и у пациентов.
Боюсь, что во всей этой кампании в очередной раз пострадают невинные, а система так и продолжит свое разложение. Потому как круговую поруку никто не отменял. И любой врач, любой средний медицинский работник будет стоять до конца, доказывая свою правоту, чем согласится признать профессиональную ошибку. И он знает, что его коллега промолчит и поддержит его. Потому, как они работают в одной системе, системе, которая порождает и плодит ошибки. И врачу легче внести скандального пациента в негласный «черный список», чем пойти против системы.
Системы, придуманной извне, а не рожденной изнутри. Увы, но сегодня все реформы рождаются в неких абстрактных кабинетах, абстрактными людьми и «как-то вдруг», а не планово. Причем, и врачи, и пациенты выступают в роли статистов.
Научись милосердию
Профессиональное выгорание, усталость, невысокий общий уровень культуры, недостаточное воспитание и образование чем объяснить хамство, грубость и безразличие, а порой и агрессию со стороны медицинских работников? Почему, в ситуациях эмоционального напряжения они не гасят зарождающийся конфликт, а подливают масла в огонь своими репликами и действиями? Если начать разбираться, то большинство конфликтов пациент–врач возникло не из-за врачебной ошибки, а на почве неприкрытого хамства и нежелания выполнять свои прямые обязанности. Из-за элементарной невоспитанности персонала, незнания этики. Все эти окрики-отговорки, со стороны медсестер и нянечек знакомы каждому: «Куда прешь! Я тебе не нанималась! Попаши с мое — узнаешь! Не ты первый, не ты последний. Барин нашелся. Говори спасибо, что это есть». А когда врач в приемном отделении отказывается принять пациента, доставленного «скорой» без веских на то оснований? Мало того, пригашает охрану, чтобы вывести больного и его родственников из приемного отделения и лишь спустя пять часов, после скандала, взаимных оскорблений, звонка в полицию и угрозы написать жалобу прокурору, кладет женщину в палату и назначает лечение. Зачем провоцировать конфликт?
А пациенты? Чем они лучше? Начитавшись интернета, наслушавшись целителей, вещающих с экранов телевизоров, испытав на себе все методы ЗОЖ и местных бабок, влегкую ставящие любые диагнозы и назначающие лечение. Ни в грош не ставящие авторитет врача. Загнанные и уставшие от перипетий современной жизни, махнувшие рукой на собственное здоровье, вздрагивающие от одной мысли о посещении больницы с ее очередями, неразберихой и качеством услуг. Сотни постов в соцсетях, сотни минут, потраченных на перепалку. Зайдите лучше на сайт Минздрава и воспользуйтесь своим гражданским правом оценить качество медицинских услуг — https://www.rosminzdrav.ru.
Фальшь отношений или психология страуса
Что делать? Прежде всего, перестать прятать голову в песок и делать вид, что проблемы не существует. Врачам, которые знают систему изнутри и которые не согласны со многим, что происходит в профессии, но продолжающим молча держать оборону и фальшиво улыбаться: «Не нужно касторки, я очень хорошо себя чувствую!». Пациентам, в надежде промолчав, получить снисхождение от системы. Говорить о том, что не так, но не по принципу «сам дурак!», а четко и по существу.
Мы все боимся друг другу (а прежде всего — себе) навредить, и от того фальшиво улыбаемся при встрече, а за глаза негодуем о нарушениях, о некачественных услугах, о недостоверной статистике. Может быть, долой психологию страуса? И тогда пляски на костях не придется устраивать, и врачей на кострах народной инквизиции жечь, и система заработает так, как должна, и реформы пойдут так, как задумывались, и законы заработают, и указы президента начнут исполняться так, как писались. Потому как живут хорошо там, где сами соблюдают закон и с других спрашивают по закону. И тогда врач — будет лечить, статист — вести учет и т. д. И пациент сам побежит на диспансеризацию, вспомнит про свое здоровье и придет на прием к специалисту — ведь там его будут лечить, а не высчитывать процент к зарплате при постановке того или иного диагноза.

Светлана ЕМЕЛЬЯНОВА.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *